Тут пришли новые люди, дай, думаю, и я напишу пост. Backdated в будущее. Про френдование, рендование, ендование и тому подобное. Но ничего по этому поводу в голову, как назло, не приходит.

Собственно, вот, про мой журнал:

Мои записи рознятся по настроениям, темам и цветам. Это потому, что мой журнал - одно из моих отражений. Люблю и думаю о разном (от слова разница).

Насилие негативом не приемлю, насилие позитивом не люблю. Смех люблю очень.

Никаких гарантий по поводу достоверности написанного тут не даю, могу писать про себя лично, могу про своего лир. героя. В любом случае, все правда.

Могу веселиться, когда у меня плохое настроение, могу плакать, когда замечательно на душе. Не отражает.

Про себя: чувствительна, цЫнична. Ехидничаю. Сентиментальна донельзя.

Многое под замком.

Все, вроде:)

Здесь можно угадать, раскрасить, связаться со мной по поводу и без. Водки не предлагать.

Комментарии скрываются.

нашла недавно написанный новый стишок
http://stihi.ru/2012/04/28/9992

Сегодня в детишки_ил проходил вопрос "Как объяснять детям, и что говорить в День Катастрофы". Что ж, у меня в этом году тоже были - первые вопросы, первые широко раскрытые на меня глаза. В тупик поставил только один: "А что будет, если вдруг война?". Тупик я тщательно замаскировала вполне искренней, впрочем, уверенностью: "Тогда мы победим." Опустив все остальное...

Признавая и отстаивая право ребенка на личное мнение (в вопросах религиозных, например), мне важно, тем не менее, передать ей и некоторые мои убеждения, общечеловеческие, так сказать. Так, этот день, переживаемый мною уже который год остро, в силу, ну, скажем, хорошего воображения, я связала с одной фразой, которую Сашка пару раз притаскивала из школы, и на которую я заявляла "Так нельзя!" - четко и строго, но как-то все же расплывчато. А приносила она: "Арабы - плохие. Они хотят нас убить".

Сегодня каким-то естественным образом получилось поговорить с ней и о том, что любое обобщение и ненависть к людям определенной национальности - это нацизм и есть. Даже если твои враги принадлежат к определенной нации - нельзя говорить плохо обо всех сразу. И у нас дома так говорить - не будут. Точка. И не потому что я прекраснодушный борец "за человеческие права", и не потому что я "иранцы, мы вас любим".

А еще важно. Сашкины механизмы защиты сработали, она шутливо спросила, глупенькая: "А если я вдруг стану нацистом, ты меня разлюбишь?". "Ты говоришь глупости, - сказала я, "Но нет. Я тебя никогда не разлюблю."

1) Как в детстве колотилось сердце, когда Том Сойер вот-вот поцелует Бекки (в пещере, кажется). Оказалось, оно и теперь колотится точь-в-точь, как тогда.
Это я читаю книжку одного афганского писателя, там колышется вселенная, потому что юные герои влюблены. А кругом война. Обстрелы Кабула.

---
2) Выбилась из сил. Но сделала все-таки быстренько пасту с овощами в лимонно-медовом соусе, куриные биточки, тхину.

---
3) Весна:)
Как сказал классик: Спешите, кошки, на чердак (С)

Даже не знаю, как начать. Наверное, так. В какой-то момент я внезапно поняла, что мне ужасно повезло. Повезло везением особенно редким среди ленинградских еврейских детей. А именно, я росла в Большой Еврейской Семье. И даже была в этой семье важным человеком - первой внучкой!

Это мой пра-прадед, Лейб Шаевич Ясногородский. Все родственники с русыми волосами и светлыми глазами по этой линии - получили эти гены от него. И я тоже. Остальные - черненькие, национальной внешности.

Тут он сфотографирован уже после революции, поэтому, наверное, невесел..



А до 1917 года прапрадедушка работал управляющим мельницей в имении пана Хоецкого, недалеко от Киева. Вот оно, теперь это памятник архитектуры :)

А вот та мельница:



В семье поговаривают, что последний владелец имения так настойчиво ухаживал за одной из дочерей Лейба Шаевича, что они чуть ли не из-за этого удрапали в Киев:))

Ну а в 1910, семья была, кажется, вполне счастлива. Это они все в имении. За коленки прапрадедушки держится девочка, моя прабабушка, Мария Ясногородская:)



Ну а вот она выросла, моя прабабушка, красавица:)



Баба Маня. Я ее застала на несколько месяцев. Я ее помню. Она меня любила. И я ее.

Как семейство, чуть ли не в полном составе, очутилось в Ленинграде? Когда прапрадедушка умер, я так понимаю, с деньгами стало очень туго. А моя прабабушка Мария вышла замуж за Женю (Зяму) Шмуниса. Будучи родом из первой в Российской империи Еврейской Земледельческой Колонии Романовка, Херсонской губернии, Зяма после революции стал производственным специалистом, а также (некрупным)партийным деятелем. И вот он смог жену Маню, с матерью и родными перевезти в Питер. Было это в начале 30-х годов.

В Киеве осталась только одна из сестер Мани. Ее я никогда не видела, а ее потомство тоже почти не знаю. Хотя наши постоянно ездили в Киев, и теперь поддерживают постоянную связь.

Тут семья уже в Ленинграде. В верхнем ряду справа мои ближайшие предки - прадед Женя (Зяма), прабабушка баба Маня, на которую опирается моя бабушка, которая теперь проживает в Рамат-Гане:)



Мне посчастливилось знать всех детей на этой фотографии. (Правда, лет им на момент нашего знакомства было лет на 50 побольше, но кто считает:)) А также их мужей и жен. И даже кое-кого из старших знала.

Статная пожилая дама в центре фотографии - моя прапрабабушка, Малка Ясногородская (в девичестве Збарж). Она пережила и мужа, и своих сестер, и умерла в почтенном возрасте в Ленинграде. Мой папа очень хорошо ее помнит. Жили они в коммуналке на Кировском проспекте, и когда на Песах бабушка Малка выходила на кухню печь мацу, все соседи уважительно скрывались в своих комнатах. Царица, как и предполагает имя. Она на всех фотографиях выглядит по-царски, даже в еще более преклонном возрасте.

Потом была у них - у женщин эвакуация, у мужчин - армия. Мой прадедушка Женя (Зяма) Шмунис, капитан, заместитель командира батальона, умер на войне от ран. Баба Маня никогда больше не выходила замуж..

А потом, после войны, дети своих детей нарожали. А потом родилась я в какой-то момент. И все они меня очень любили.

Семейные праздники.. Собирались по любому поводу - Новый Год, День Победы, советские праздники. Поскольку традиции были перевезены из Украины, справлялся Песах, мы ходили за мацой в Синагогу на Лермонтовском. Мне все это нравилось очень, что-то сказочное виделось. Думаю, еврейство свое я так любила благодаря большой семье. Было вкусно, шумно, меня любили, а я была ласковым ребенком.

К сожалению, сейчас многих из тех, кто детьми изображен на последней фотографии, и не только их, уже нет в живых. Я их всех помню и тут вот признаюсь в любви и благодарю за то тепло, которое они дарили маленькой мне, и хочу, чтобы живущие жили долго-долго.

Они помнят меня такой.. новой...

Люблю дождь вечером. Отражения огней города и машин в каплях. Празднично и уютно.
А в городе я, как известно, больше всего люблю лавочников и ремесленников. Даже слова аппетитные.

Сегодня дружила с мясником. Ввалилась в магазин, как нахохлившийся снегирь - снизу поллица закрыто воротником красной куртки, сверху - моей Шапочкой (ну вы знаете, моей любимой). И только глаза подозрительно поблескивают.

- Это что? -говорю. Выгладит несвежим!

Дядька смешался и расстроился. Долго убеждал меня в обратном, пока я обнюхивала мсяо со всех сторон.

Ну потом мы, конечно, подружились.

А кожу снимешь мне? - прошу.
Реагирует моментально: Тебе - нет! Только куре.

Ах, кура-кура, она навсегда у меня кура и есть. А вы думали, у нас только поребрики.

Есть одна бакалейка, куда я стремаюсь заходить, но каждый раз захожу. Дядька там ужасно занудный, хоть и славный. Он не перестает продавать вам свой товар, даже когда вы уже стоите у кассы. А если учесть, что товар заключается в йогуртах и хлебе.. сил нет!

Сегодня попросили меня купить молоко. А надо признаться, что в молоке я, как свинья в апельсинах. На мою беду, с дядькой в лавке был его друган, тоже бодрый иракский старикан. И вот они стали мне на два голоса расхваливать это несчастное молоко, и фирму Ёбтвета.

Дослушав почти до конца рассказ другана про то, как он по дороге в Эйлат всегда останавливался в одноименном киббуце, с перечислением достоинств места, фирмы, витаминов в молочной продукции, а также родственников рассказчика, я не выдержала и сказала:

- Слушайте, дядьки. Вы ужасно сладкие (да, так и сказала), но выдерживать вашу болтовню ну совершенно невозможно. И молоко вообще не для меня!

Тут друган стал ругаться на лавочника: Ну чего ты к ней пристал?! Не для себя она покупает! Отстань!

Я тем временем, еще с улицы заслышав орущее на арабском радио, тоже пыталась отвлечь продавца от его рекламной компании:
- Что за станция тут у тебя? - любопытствую.
- Арабская!
- Сама слышу, что не французская, а какой страны?
Дядька вперился в транзистор и заявил: Раммала!
-Круто, -говорю. Спокойной ночи, дядьки!

Смешные:-)

Компанией в несколько человек мы решили, что с нас довольно. И явились в школу без пионерских галстуков. Мы в 6-м классе. Наша классная руководительница взвизгнула, мол, раз мы заявляем, что больше не хотим состоять, так нас и исключат. На полном сборе совета дружины. Тогда все испугались, достали загодя сложенные в кармане галстуки, и повязали себе. А я не знала, что возможен отходной вариант, и мой карман был пуст. Мне стало страшно. Я осталась одна со своими принципами. Перспектива стоять ОДНОЙ перед советом дружины меня не удивляла (учитывая свою репутацию дерзкого и партийно ненадежного ребенка), но очень пугала. Хорошо, кто-то из параллельного класса дал мне свой галстук.

Мне было 12 лет.

Мне этот случай запомнился. Было стыдно. Потому что отступилась. Было обидно, потому что все остальные втихоря подготовили отступление, а я думала, что мы все вместе пойдем до конца.

Я не знала еще, что в делах совести, каждый идет за себя. Что толпа рано или поздно все равно предаст. Что страх разъедает даже порядочных людей. Еще Лунгина в "Подстрочнике" описывает тот пронизывающий страх.. Ну да ладно. Я не о том, собственно. Я хотела просто сказать, что все-таки настоящей, извините за слово, духовности в Совке не могло, ну не могло быть. Потому что был повальный конформизм. Потому что все были шпунтиками страшной машины, все были заодно, и пока сидели на кухне такие интеллигентные, инженеры, ученые, система ломала, убивала людей, каждый день. А ты сидишь.. ходишь в походы.. рассуждаешь о высоком и о вечном. А кругом вранье. В психушках людям вкалывают лекарства. Дворники метут улицы.

Я не обвиняю. Я тоже оттуда. Я только говорю, что о настоящей порядочности личности, пожалуй, могли говорить только люди, с системой сцеплявшиеся.

PS. Это не устоявшееся мое мнение. Это недавние размышления. Такой эмоциональный вопль. Сама же и начала бы защищать тех, кого тут шпунтиками называю. И да, примиряет и охлаждает то, что "Моцарт отечество не выбирает, просто играет свое о своем". И тем не менее. Особенно когда читаешь о таких людях:

Умер правозащитник Андрей Твердохлебов

Рекомендую к прочтению протокол суда: http://ru.wikisource.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B0_%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%83%D1%89%D0%B8%D1%85_%D1%81%D0%BE%D0%B1%D1%8B%D1%82%D0%B8%D0%B9/40/03

Светлая память.